Выборы, ставшие референдумом

Новый русский вопрос

И далеко не такая скучная, как ее пытаются представить разнообразные наши и не наши эксперты – настолько многочисленные, что кажется даже, что они размножаются делением. Просто интрига ее в этот раз переместилась совсем в другую плоскость. Где вопрос «кто победит?» читался как «победит ли Россия?».

Вот на этот вопрос и предлагалось ответить избирателям. И они этот ответ дали. В течение всех трех дней голосования (такая продолжительность выборов президента – тоже, надо сказать, явление необычное для подобного рода кампаний) отвечали, приходя на избирательные участки или голосуя дистанционно. Как хотите, а рекордная активность под 75 процентов – это что-то да значит. В том числе и активность, продемонстрированная избирателями Ростовской области и – что особенно ценно – избирателями наших прифронтовых регионов, голосовавших порой в буквальном смысле под огнем врага. Так эти выборы превратились в референдум о доверии власти. Вместо рутинной процедуры получилась еще одна настоящая битва за Россию.

 С «новичком» в башке

Впрочем, могу представить, как сейчас попытаются оттоптаться на внушительных цифрах электоральной активности все те же всезнающие эксперты. Особенно те, кого в благословенные времена застоя принято было именовать кремленологами и советологами, а сейчас даже и не знаю, как называть. Уж они явно поспешат умозаключить что-нибудь этакое. Про голосование под дулами автоматов сказать духу, наверное, не хватит. Хотя кто их там разберет? Придумают какой-нибудь очередной «новичок». Но то, что будут голосить на темы злоупотреблений, — это к бабке не ходи. Не преминут...

Хотя все мы с вами в эти три дня побывали на избирательных участках. И хорошо прочувствовали атмосферу, которая там царила. И понимали, почему идут сегодня голосовать люди в воюющей, по сути, стране. Идут потому, что верят в победу. И видят, как эту победу приблизить.

 О силе и слабости

Оттого Путин и победил с таким внушительным преимуществом. Но только вовсе не потому, что соперники были слабы. Нет, люди они все достойные. Но составить реальную конкуренцию действующему президенту смогли бы в другое время. И в других политических и экономических условиях. При совершенно ином раскладе сил на мировой арене.

Скажем, коммунист Харитонов со всем опытом стоящей за ним партии смог бы пригодиться, если бы в обществе появился запрос на левый поворот, чего в нынешних условиях ждать пока не приходится. Даванков и выдвинувшие его «Новые люди» решали задачу окончательного оформления вменяемой либеральной оппозиции. Создания того конструктивного правого крыла, которого так не хватает российской политической системе на всем пути ее развития. Слуцкий стремился к цели, которую поставил еще его предшественник — незабвенный отец-основатель ЛДПР В. В. Жириновский. Либерал-демократы мечтают занять в политической системе страны место второй партии. До сих пор место это было закреплено за КПРФ. И, как видим, оттеснить коммунистов на третью позицию наследникам Жириновского пока не удалось. Бороться пришлось с «Новыми людьми». Да и то безуспешно.

 Битва за Россию

Президентская кампания в воюющей стране — на такое отваживались только сильные государства. Скажем, США в пору Второй мировой. В 1944 году там прошли очередные президентские выборы. Завершились они победой Франклина Рузвельта. Того, кто был безусловно нужен стране. И потому, вопреки всем тамошним традициям, был переизбран на четвертый срок. Кстати говоря, не за это ли упрекают сегодня нашего президента? Мол, в России несменяемость власти... И будьте уверены — станут спекулировать на этой теме и дальше. Однако собака лает, а караван идет. И должен идти дальше.

Подобные упреки и обвинения выглядят еще достаточно невинно на фоне того, что предпринимали и продолжают предпринимать враги России в попытках дискредитировать наши выборы. Выборы в России стали реальным плацдармом для информационного «контрнаступа» с Запада. Число одних лишь хакерских атак на систему дистанционного электронного голосования шло в эти выборы на сотни тысяч. Все это подкреплялось, как мы могли видеть, еще и реальными атаками на российские города и села. Атаками, далеко не бескровными...

Но достигли ли все они цели? На этот вопрос опять-таки дал ответ избиратель. Исключим разве что тех, кто за тридцать сребреников решился на провокации, и кого председатель ЦИК Элла Памфилова назвала подонками. В целом же все поведение наших людей, их ответственное отношение к голосованию лучше чего иного свидетельствовали о настроениях в обществе. У наших врагов снова все вышло с точностью до наоборот. Усиление давления на российское общество, в том числе и силового, послужило лишь дополнительной мотивацией к сплочению. На выборы пошли даже те, кто в силу врожденной аполитичности никогда на них не ходил.

Так что и атаки дронов с ракетами цели не достигли, и информационный «контрнаступ» провалился. Сначала не удалось «прокачать протесты» на старте избирательной кампании. Ради этой цели, похоже, пришлось даже пожертвовать главной фигурой — внесенным в списки террористов и экстремистов и отбывавшим срок в северной колонии Навальным. Не получилось и превратить кампанию в агитационную войну против нынешней власти. Ничего не помогло. Выборы в России состоялись и дали результат. Их, как и всю Россию, отменить оказалось никому не по силам.