«Самая главная проблема МВД – нарушение прав самих полицейских». Уволенный за ролик в поддержку Навального майор из Курска – о том, почему решил восстановиться на службе

— Руслан, почему вы решили записать видеообращение в поддержку Навального?

— Уголовные дела [возбужденные в отношении Алексея Навального, Сергея Фургала, Александра Шестуна и других политзаключенных] неоднозначны. Я три года служил в отделе дознания, расследовал дела о причинении среднего вреда здоровью. Поверьте, это настолько сложно доказать! В деле должно быть все идеально, чтобы прокуратура утвердила обвинительное заключение и направила его в суд. А то, как [политические] дела проходят в суд, вызывает много вопросов. Естественно, я вижу в этом несправедливость.

Я давно следил за этими процессами. Меня поразила ситуация с Шестуном (экс-главу Серпуховского района Подмосковья осудили на 15 лет колонии строгого режима по делу о коррупции). Это не прошло мимо меня. Накануне митингов в поддержку Навального высказались Noize MC, Татьяна Лазарева, Кровосток, Павел Деревянко. Этим людям есть, что терять. Все это и подтолкнуло меня записать обращение.

— Вы понимали, что ваше руководство не разделит вашу позицию?

— Честно сказать, я ожидал такой реакции. Я понимал, что моя жизнь изменится. Я не мог терпеть. Как я потом буду смотреть своим детям в глаза?

— Вас поддержали коллеги?

— К большому сожалению, поддержки я не почувствовал. У меня есть пара коллег, которые звонили и спрашивали, как у меня дела [после увольнения]. Но никто не говорил, что поддерживает меня. Мне кажется, они боятся, что их прослушивают, у определенных людей на контроле мессенджеры.

В отделе полиции, где я работал участковым, не было особо поддержки. Я всегда один боролся за то, чтобы нам сделали нормальный режим работы. Я уходил на работу в восемь утра и возвращался в 11-м часу ночи. Да, у нас был перерыв с 12:00 до 17:00, но зачастую он не соблюдался, потому что дежурный дает вызов, значит, надо идти. Это очень большая нагрузка. Только я с этим боролся. Жалобы писал и руководству, и в отдел кадров, и в правовой отдел. Всем абсолютно плевать.

— В местных СМИ писали, что вы имели служебное несоответствие, и за месяц до публикации видео вас лишили права ношения оружия.

— Все началось с того, что я спросил у руководства, почему не ведутся табели переработки. Мне не ответили. Я позвонил в приемную первому заместителю генерала, который 30 сентября разослал [по отделам] приказ, где говорилось, что мы должны работать с 9:00 до 18:00 с перерывом с 13:00 до 14:00 и отдыхать в субботу и воскресенье. Хороший график. Я спросил у своих [руководителей отдела], почему мы по нему не работаем. Они отшутились.

Я захотел обратиться лично к заместителю начальника УМВД России по Курской области и рассказать, как относятся к его приказам. Во время разговора с его секретарем я сказал, что из-за невозможности отдохнуть у сотрудников появляются проблемы. В том числе я упомянул два случая, когда сотрудники ФСО (федеральной службы охраны) покончили жизнь самоубийством. Я говорю: зачем вы все это делаете, мы же службу с оружием ведем! Она доложила это первому заместителю начальника курского УМВД, он, в свою очередь, — начальнику полиции Курска. После этого мне перестали выдавать табельное оружие. Это случилось за полтора месяца до того, как я записал ролик [в поддержку Навального].

— По этой же истории вы провалили психологические тесты?

— Да, это самое интересное. Меня вызвали на врачебную комиссию. Мне сказали, что психологи послушают меня, посмотрят, чтобы все было нормально. Я прошел экспертизу у четырех психиатров. Потом они предложили пройти мне экспертизу стационарно в психиатрической больнице. Решение они обосновали тем, что я сказал про самоубийства сотрудников ФСО. То есть из-за одной фразы, которую каждый человек может понять по-своему, вы человека хотите в психиатрическую больницу отправить?

— Чем закончилась эта история для вас?

— Мне сказали, что если я отказываюсь пройти стационарное освидетельствование в психиатрической больнице, тогда мне не дадут заключения комиссии о том, что я здоров. Как я понимаю, они хотели сделать так, что я не соответствую должности и не могу нести службу с оружием. Возможно, это было необходимо для того, чтобы перевести меня в тыл или вообще уволить.

— Почему вы тогда хотите восстановиться на службе? Ради чего?

— Я считаю, что мое увольнение абсолютно незаконно. По сути, не было проведено никакой проверки. Поступка, порочащего честь и достоинство сотрудника полиции, я не совершил. Там, например, у нас некоторые пьяные за рулем попадали в ДТП на служебных автомобилях, а здесь просто воля какого-то руководителя.

Да, вопрос — продолжать ли службу, если меня восстановят — сложный. Я давно решил, что службу в Курске проходить не намерен. Город у нас маленький, может, чисто морально меня коллеги и поддерживают, но вместе пытаться противостоять несправедливости, даже при увеличении рабочего дня, — такого нет. Мне полгода оставалось до подполковника по выслуге лет. А со мной продолжают вести себя так, будто я какой-то неопытный лейтенант, который сказать ничего не может. И вроде до пенсии 3,5 года, но терпеть просто невыносимо. 

— Этот ролик я записал не только в поддержку политзаключенных, но и для того, чтобы показать, сколько в структуре МВД проблем. Я готов об этом говорить. Мне действительно жалко тех, кто сюда попадает. Я вижу, с чем сталкиваются молодые сотрудники, которые по незнанию могут даже в тюрьму «заехать», не продвигаются по службе, перерабатывают. У меня-то психика устоялась за 11,5 лет службы.

— О каких проблемах вы говорите?

— Самая главная проблема в МВД — это нарушение прав самих полицейских: права на отдых, на нормальный режим работы. Усталость и загруженность провоцирует на агрессию. Я не раз видел, как молодой лейтенант приезжает на вызов и начинает «тыкать» заявителю. Переработки провоцируют проблемы в семье. Я сам с этим столкнулся.

—  Ком проблем накапливается, и полицейскому становится тяжело спокойно общаться с гражданами. Это портит облик сотрудника полиции.

Вторая проблема, на мой взгляд, это неправильный подбор кадров. Бывает, что достойный человек работает, а его просто не замечают, не дают никакого продвижения. Я насмотрелся, как приходит мальчик со школы полиции лейтенантом, а ему почти сразу дают майорскую должность в то время, как капитаны седые ходят, а им майора не дают. В полиции есть доля коррупции и кумовства при подборе кадров и продвижении их по службе.

— Вы уже думали, чем займетесь после увольнения и в том случае, если вас не восстановят в должности?

— Мне интересна адвокатская и правозащитная деятельности. Чтобы получить статус адвоката, мне нужно отстоять свое право в суде. Дальше видно будет. Сейчас я веду YouTube-канал и TikTok, где рассказываю о буднях полицейских и несправедливости системы. Я надеюсь, что своими действиями я помогаю ребятам, которые в том числе собираются поступать в органы. Им обещают большую зарплату, хороший рабочий график, льготы и социальную поддержку, но на деле все не так гладко, как рассказывают в отделе кадров.